Высота высшего образования




Всем нам не раз приходилось слышать, что студенческие миллионы за платное обучение якобы спасут высшее образование в наше переходное куда-то время. Но посмотрите на российские вузы. Разнообразной коммерческой деятельностью они занимаются, по меньшей мере, с 1992г. Только спасения что-то не видать. С каждым годом кризис высшего образования почему-то углубляется. Более того, местные и центральные власти умело используют разговоры о вузовской "коммерции" как предлог для того, чтобы выделять учебным заведениям поменьше копеек и рублей. Мол, зарабатывайте сами. Так кому это выгодно?

Чтобы ответить на вопрос, нужно затронуть и другие принципиальные моменты. Какой мы хотим видеть будущую интеллигенцию России: в качестве группы элитарных "счастливцев праздных" или широкого слоя действительно народных представителей, заботящихся о своей земле? То есть, будет ли доступно высшее образование значительной части народа, если сохранится реформаторская тенденция развития вузовской коммерциализации? Скольких новых Ломоносовых, не имеющих возможности платить большие деньги за свою учебу, недосчитается наша страна? И в итоге, не снизится ли интеллектуальный потенциал России? В условиях современной экономической и военно-политической ситуации в мире это будет означать наше стратегическое поражение.

Печально видеть увеличивающееся материальное расслоение между студентами. Одни восемнадцатилетние ребята приезжают на иномарках, другим буквально не на что купить автобусные билеты. Торжество принципа "за деньги можно все" порождает нездоровую, социально-напряженную атмосферу внутри вуза, снижает эффективность учебно-воспитательного процесса. Понятно, что в относительно бесконфликтной среде учащиеся легче и лучше впитывают знания, быстрее происходит их интеллектуальный рост. И наоборот, обстановка взаимонеприятия в студенческом коллективе отражается не только на учащихся, но и на всей деятельности высшей школы. Страшнее же всего то, что впоследствии социальное неравенство, точнее, социальная несправедливость (какое может быть неравенство между восемнадцатилетними мальчишками и девчонками одного вуза?), без сомнения, дестабилизирует наше общество, создаст опасные противоречия и противостояния внутри будущей интеллигенции.

Платность в обучении актуальна в том смысле, что государство должно оплачивать тяжелый и социально необходимый труд студентов - овладение знаниями. И эти средства должны быть достаточными для нормальной учебы и исключающими необходимость разных сомнительных "подработок". Надо лишь выделять из госбюджета материальные ресурсы в необходимых для высшего образования объемах, Подчеркнем, что именно государство, а не благотворительные фонды и частные лица должно взять на себя главную часть забот об учебных заведениях. Российской историей доказано, что только в этом случае высшая школа получает надежный материальный4 фундамент, гарантирующий поступательное развитие науки и культуры в интересах страны и народа. Россия слишком богатая страна, чтобы экономить на образовании, и слишком бедная, чтобы бросать его на произвол судьбы.

Одним из самых серьезных недостатков действующей системы высшего образования является характерное для большинства вузов снижение творческого потенциала студентов в ходе учебы. Никаких парадоксов здесь нет. Приходя в вузы нестандартными, склонными к оригинальным идеям и мыслям, даже лучшие выпускники средних школ через пять лет превращаются в усредненных специалистов довольно узкой квалификации. Да, они увеличивают объем своих знаний, получают некие представления об окружающем мире, но творчески пользоваться интеллектуальным багажом, выдвигать нестандартные гипотезы, синтезировать новое знание в массе своей оказываются не в состоянии.

Во время занятий они привыкают не спорить с преподавателем (может боком выйти на экзамене), боятся высказывать нешаблонные мысли (обязательно засмеют), приучаются к надежному правилу, что на каждый вопрос есть свой уже готовый стандартный ответ, надо только законспектировать соответствующий абзац учебника. При этом после многократных упражнений в переписывании студенты почти теряют способность критически относиться к тому, что изложено на бумаге. А мы потом удивляемся, почему значительная часть нашей интеллигенции так легко поддается всяческому зомбированию!

Студенты настолько отвыкают самостоятельно мыслить, что любой вопрос, мало-мальски выходящий за привычные рамки учебной программы, приводит их в замешательство. За пять лет целенаправленных усилий система лепит биороботов, лишенных творческой фантазии и инициативы, запрограммированных не иметь своего мнения. Из предполагаемых идейных и интеллектуальных вождей народа так называемая интеллигенция превращается в привыкших к послушанию исполнителей, разнорабочих якобы умственного труда. Это крайне опасный продукт высшего образования.

Как же укрепить и развить творческие способности молодых людей? Реально и необходимо сегодня создать условия для раскрытия и приумножения заложенных в каждом талантов. Что если, например, формировать внутри студенческих групп творческие звенья из 4-5 человек. В них каждый по своему плану (но при общей координации преподавателя) углубленно разрабатывал бы актуальные учебно-научные вопросы. Отличившиеся студенты привлекались бы к работе факультетских творческих лабораторий, получая различные поощрения и льготы. Полезными станут создание общероссийского банка данных студенческих гипотез и концепций, широкое проведение научно-творческих конкурсов и конференций среди учащихся. Речь идет не о какой-либо схоластической тематике, а о том, что затрагивает всех. К примеру, интересен был бы конкурс студенческих работ на темы "Какой я вижу будущую судьбу России" и "Моя профессия в XXI веке".

Естественно, все это возможно только на основе добровольности. Следовательно, надо морально и материально заинтересовать студентов, отмечая каждую самобытную творческую находку. И награды для лучших важно сделать достаточно ощутимыми. Это могут быть, скажем, гранты, равные годовой стипендии, или ценные подарки (плееры, магнитофоны и т.д.). Можно привлечь студентов, добившихся определенных творческих успехов, к оплачиваемой хоздоговорной деятельности вуза. Уместно предоставлять им большие льготы при зачислении в аспирантуру, адъюнктуру и т.п. Надо создавать в вузе обстановку, когда каждый увидел бы реальность путей достижения и выгодность успеха в науке и творчестве.

Обратимся к опыту ряда учебных заведений царской России. Тогда, например, каждый год особо отмечались лучшие выпускники. Их фамилии заносились на специальную почетную мраморную плиту, им предоставлялись самые разные льготы: от права на более высокий чин, льготного направления на хорошее место или в процветающую губернию до выдачи приличных денежных "подъемных" и "проездных" сумм. Но, может быть, главное заключалось в том, что даже спустя четверть века бывший лучший выпускник мог в затруднительных личных или профессиональных обстоятельствах обратиться в родной вуз, твердо рассчитывая на действенную помощь. Так учебное заведение превращалось для учащихся из присутственного места в дорогой и родной дом на долгие годы. В дом, где ко всякому делу относятся с любовью, интересом и ответственностью. Так почему бы сейчас не возродить прекрасные наши традиции?

Размышляя о содержании образования, вновь обратимся к хорошо забытым отечественным педагогическим достижениям. Взять хотя бы классические дисциплины дореволюционной высшей школы. Нужно ли с порога отвергать те же курсы изящных искусств (игры на музыкальных инструментах, стихосложения), этикета, древних языков? Да, для узкопрофилированного математика, геолога или социолога они излишни. Но эти дисциплины необходимы философу математики, универсалу геологии, поэту социологии. Если мы хотим подготовить не примитивного ремесленника, знающего арифметику, орфографию и что-то слышавшего о мировых войнах, а духовную, самостоятельно мыслящую личность, мы обязаны познакомить будущих профессионалов с классическими учебными предметами. Только впитав совершенные образцы мировосприятия и самовыражения из самых разных ветвей искусства, человек сможет стать талантливым разносторонне. Только имея поэтическое, художественное отношение ко всему неизвестному, математик сможет решить нерешаемые задачи. И только осознавая истоки, основания и общность человеческой цивилизации, так зримо отраженные, скажем, в древних языках и обрядах, социолог способен постичь некие таинственные законы общества людей.

Любая специализация абсурдна без универсализма. М.В.Ломоносов стал мировым гением во многом благодаря тому, что был и историком, и астрономом, и физиком, и литератором, и биологом, и языковедом. Знания в одной области помогали ему раздвигать научные горизонты других областей. Будучи мудрым педагогом, Михаил Васильевич указал на необходимость универсализма в обучении молодежи и применял эту идею в своей педагогической практике.

Но воспитать специалиста с широким кругозором и обширными знаниями может только педагог-энциклопедист. Тут мы сталкиваемся с одной из глубинных проблем высшего образования - неготовностью самого профессорско-преподавательского состава решать принципиальные задачи. Тому есть свои объяснения. Педагоги в прошлом закончили те же вузы. Чтобы быть на должном уровне, им надо изо дня в день заниматься профессиональным самообразованием, а также перечитывать художественную классику, поэзию и многое другое. Но наше время к этому не располагает вовсе. Педагог принужден бедственными материальными обстоятельствами постоянно искать хоть какой-то приработок. На это уходят силы, время, нервы. Отсутствуют ощутимые стимулы к повышению квалификации. Дополнительная работа педагога во внеучебное время зависит обыкновенно от его энтузиазма. Ведет ли он студенческий научный кружок, общественную работу, вузовский театр или сразу после звонка спешит уехать домой; просиживает ли часами в библиотеке, стараясь подготовить блестящую лекцию, научный доклад, новаторскую статью или из года в год в аудиториях вычитывает один и тот же материал по бумажке - независимо от этого сохраняется его материальный и должностной статус.

Такое несправедливое положение надо в корне менять. Любой вклад педагога в дело образования и воспитания студентов должен заслуженно отражаться на его зарплате и карьере. Следует на министерском уровне разработать гибкую систему поощрений и взысканий, а руководству каждого вуза дополнить ее с учетом собственной специфики. Но, конечно, этого недостаточно. Хороший преподаватель, воссоздающий интеллигенцию страны, вправе ожидать достойного вознаграждения за свой тяжкий труд. Я имею в виду не только материальную независимость, которую обязано гарантировать учителям нормальное государство. Нужно вернуть профессии педагога, украденные почет и уважение общества.

Но и сами педагоги должны поднять "планку" требований к себе. Они обязаны стремиться к высшей учености. Памятуя, что воспитание - первейшая задача вуза, педагог в любых своих профессиональных действиях должен воспитывать в студентах лучшие человеческие качества, наполнять юные души светом. Ясно, что наиболее плодотворный способ воспитания - это личный пример. Если преподаватель склонен к безнравственным, бесчестным поступкам, может ли он работать с юношеством, воспитывать его? Только когда учащиеся признают в педагоге хорошего специалиста, увидят в его поступках нравственный образец и захотят подражать ему, тогда, наконец, начнет исполняться ключевая роль Учителя.

В наше время нравственный пример стал особенно ценен, так как после 1991г. воспитательная сторона деятельности вузов была искусственно урезана. "Деидеологизация" уничтожила существенную составляющую вузовской общественной работы: студенты оказались лишены молодежных структур. Но вместо прогнозировавшейся реформаторами радости "освобождения от тоталитарных пут" проявились разочарование и недовольство, ощущение ненужности, пустоты и невостребованности. При всех недостатках советского комсомола - обязаловке, начетничестве, формализме и т.д. - после его исчезновения выяснилось, что достоинств у него было больше. Не раз доводилось слышать от нынешних учащихся, что никакой "студенческой жизни" у них нет, вокруг - скукота, учебная группа разрозненна. Многие расстаются на выпускном вечере, так и не узнав ничего друг о друге. Одновременно студенты чувствуют в себе большой потенциал энергии, необходимой окружающим. А они всегда были активной и значимой общественной силой. И если направить социальную пассионарность учащейся молодежи на добрые дела, да еще создать условия благоприятствования, то, несомненно, мы получим положительные результаты.

Отсутствие достойной идеи, дегероизация и опошление жизни просто выжигают все лучшее в нашей молодежи. Это тревожная и горестная тенденция нынешнего безвременья. Переломить ее способна высокая идеальная цель, обращенная к юношескому альтруизму. В молодом возрасте сама природа подпитывает инстинктивное стремление к благородству и силы делать добро. Надо опереться на эти лучшие свойства юных душ. Какая же цель, какая перспектива может зажечь нашу учащуюся молодежь? Мы ищем некую сверхидею, которая не только была бы обращена к личному обогащению и благополучию, но и обладала гражданским содержанием. Когда юный человек придет в вуз, чтобы стать полноправным наследником великой культуры, великой науки великого Отечества, когда его осознанной целью станет одушевление мира людей, тогда он обретет реальные шансы вырасти выдающимся профессионалом и настоящим человеком. Вот она, единственно возможная идея действительно высшего образования.

За один учебный год преподаватель обучает 5-6 студенческих групп, т.е. около 100 человек. Его отъезд за границу означает, что наши студенты недополучат талантливого педагогического внимания. Итак, выигрывает один, а теряют многие. Вот это и есть социальная несправедливость в развитии, а порождена она "экономией" на зарплатах работников вузов. И не стоит пенять на процесс "расширения международных связей" - изоляционизм в сфере научной и педагогической мысли невыгоден и просто губителен для России. Но научно-творческий обмен должен быть взаимовыгодным. Недопустимо, чтобы российские вузы и научно-исследовательские центры превратились в интеллектуальный придаток Запада, питая его самобытными и талантливыми идеями, а взамен получая поношенную научную азбуку 30-летней давности. Критически относясь к западному опыту, следует целенаправленно перенимать то, что наиболее эффективно, что может дать реальную пользу.

Мог бы, например, быть интересным для нас американский опыт организации университетских городков. В них существует все необходимое для функционирования высшей школы: от столовых, общежитий и спортплощадок до учреждений, предоставляющих по льготным расценкам бытовые услуги учащимся и учащим. Естественно, на создание таких комплексов потребуются средства, но, как показывает передовой зарубежный опыт, в экономическом отношении этот путь все же один из наиболее приемлемых и перспективных.

Можно обратиться и к родным традициям и корням. В России есть родная нам, господствующая в сердцах миллионов максима: православная вера. Но достойно ли она представлена в отечественных вузах? Разве можно назвать нормальным, что редкие, малоразработанные, бессистемные учебные курсы, затрагивающие религиозную проблематику, ведут сейчас, как правило, бывшие преподаватели атеизма? Вольно или невольно пропагандировавшие несколько лет назад безбожие, имеют ли они теперь моральное право говорить с юношеством о христианстве?

"Педагогика"; 2002, №2, с.97-100





Популярные лекции
  • По экономике
  • По финансам
  • По праву
Помощь в написании