Зарубежные стажировки: социологический анализ. (2 часть)




Результаты исследования свидетельствуют, что российские стажеры в целом достаточно хорошо адаптируются к условиям жизни, учебы и научно-исследовательской работы в различных странах. Судя по ответам опрошенных, наибольшие трудности в первые дни после приезда на стажировку возникали у них лишь в отношении владения иностранным языком для нормальной бытовой, научно-учебной и другой коммуникации. Причем каждый восьмой опрошенный (13,0%) отметил большие языковые трудности, у 29,8% их не было, а остальные (57,27о) оценили эти трудности как "небольшие". Тем не менее, тот факт, что более 2/3 опрошенных имели языковые затруднения различной степени сложности, свидетельствует о недостаточной языковой подготовке многих стажеров. А ведь уровень владения соответствующим иностранным языком во многом определяет качество и глубину приобретения новых знаний в ходе зарубежных стажировок.

С наибольшими языковыми трудностями опрошенные столкнулись в Великобритании и в азиатско-латиноаме-риканских странах. Причем в странах Азии и Латинской Америки имелись и иные проблемы адаптации (к бытовым условиям, местным обычаям, традициям, менталитету, административным требованиям вузов, где проходила стажировка).

Обращает на себя внимание то, что стажеры из российских мегаполисов чаще, чем стажеры из провинции, жалуются не только на языковые проблемы, но и на трудности адаптации к условиям работы, к местным особенностям и менталитету, недостатку финансов, а также на сложности в поисках и выборе подходящего жилья на период стажировок (там, где жилье не предоставляется по условиям гранта или контракта, а стажеры должны арендовать его самостоятельно). Складывается даже впечатление о несколько большей "капризности" или неприспособленности (а еще вероятнее - неподготовленности) к различным трудностям стажеров из московских и санкт-петербургских вузов по сравнению с их коллегами из российских регионов.

Более 2/3 опрошенных полностью удовлетворены основными аспектами своей зарубежной стажировки, в том числе ее организацией и содержанием.

Судя по ответам опрошенных, неудовлетворенными они остались в основном полнотой научных коммуникаций и контактов и особенно доступом к новой информации. Меньше всего удовлетворенных доступом к новой информации оказалось среди стажеров, имевших технический профиль специализации и стажировавшихся в США и азиатских странах (Япония, Южная Корея, Китай).

Анализ оценок стажеров в соотнесении с их должностным статусом (видом деятельности) выявляет наиболее благоприятное отношение к итогам своих поездок со стороны административно-управленческих работников (среди них не оказалось ни одного, кто бы выразил полную неудовлетворенность каким-либо аспектом зарубежной стажировки).

Основные итоги стажировок за рубежом опрошенные оценивают весьма положительно. Так, почти 4/5 из них (78,6%) указали, что им удалось повысить квалификацию и приобрести новые знания (что, в принципе, и являлось доминирующим мотивом поездки на стажировку). Почти l/З опрошенных (28,8%) прослушала учебный курс по теме стажировки, а каждый четвертый (24,2%) смог подготовить материалы для публикации (а иногда и опубликовать их). Наконец, почти каждый пятый (17,2%) собрал материал по теме диссертации или диплома, а каждый восьмой (12,1%) констатировал наличие успехов в совместной научно-исследовательской работе. Среди иных результатов (в целом 6,5%) упоминались также получение дипломов бакалавра, магистра, сертификата МВА и других документов об образовании (в том числе свидетельств о прохождении стажировки) и, кроме того, факты трудоустройства на постоянную работу за границей (например, в компании, где проходила стажировка).

Больше всего отметивших повышение своей квалификации оказалось среди стажеров-гуманитариев, а подготовивших материалы для публикаций - среди стажеров-экономистов. Наличие успехов в совместной научно-исследовательской работе констатировали прежде всего стажировавшиеся по естественнонаучному профилю, более всего - в Германии, а в наименьшей мере - в Великобритании.

Что же в итоге дала стажировка за границей самим опрошенным по их собственным оценкам? Более половины (57,7%) указали, что она обогатила их информацией в новых областях знаний, свыше 1/3 (37,7%) отметили возможность использовать новые знания в исследовательской работе, а около половины опрошенных (44,2%, преимущественно преподаватели) - применить эти знания в педагогической работе. Наконец, каждого третьего (34,0%) она стимулировала к перестройке своей работы. При этом наибольший стимул для перестройки своей работы в результате загранстажировки обрели, судя по полученным ответам, административно-управленческие работники, а также стажировавшиеся в Великобритании, Франции и других странах Европы.

Среди иных полезных обретений от стажировок за границей отмечались (в целом 6,5%): заключение контрактов для работы за рубежом, трудоустройство в иностранных фирмах и организациях, приобретение опыта работы в зарубежных компаниях, а также установление личных контактов и отношений с гражданами зарубежных стран, успешное завершение (в спокойной и творческой обстановке) диссертационной работы и проч.

Еще одним результатом латентного характера (не афишируемого стажерами) является патентование ими в ходе зарубежных стажировок своих изобретений, разработок за границей. Так, согласно всероссийскому опросу, проведенному Центром социологических исследований в 2001 году, охватившему 2400 сотрудников кафедр вузов в 26 городах РФ (от Калининграда до Владивостока), за период с 1997 по 2001 годы 2,3% из них запатентовали свои изобретения за рубежом1. Больше всего оказалось запатентовавших изобретения в США (21,7% от их числа) и в Германии (8,7%). По мнению подавляющей части опрошенных, продать изобретения в России трудно, а выгоднее всего это сделать в Японии, США, Германии и Англии, поскольку там самые высокие гонорары2. Не стимулирует подачу заявок на выдачу патентов на изобретения в России физическими лицами и трехкратное увеличение патентных пошлин с декабря 2002 года.

Кроме того, каждый четвертый опрошенный, стажировавшийся за рубежом (26,0%), отметил, что стажировка в большей степени способствовала его служебной карьере; а для каждого третьего (30,7%) - никак не способствовала.

Более всего загранстажировки содействовали карьерному росту стажеров-гуманитариев, а среди выходцев из мегаполисов и регионов - представителей московских и санкт-петербургских вузов.

Важнейшей целью международных контактов российских вузов является использование опыта и знаний, полученных в результате зарубежных стажировок, для усиления научно-педагогического потенциала высшей школы в самой России.

В какой же мере достигается эта цель? К сожалению, лишь 2/5 опрошенных, побывав за границей с научно-учебными интересами, использует в стране освоенные за рубежом новшества с большим эффектом, еще l/З опрошенных находит им применение в той или иной форме, но с малой эффективностью. Примерно каждый пятый стажер считает, что для России зарубежный опыт не подходит, либо у нас для его реализации пока нет условий, а посему, полагает часть респондентов, полученный ими опыт целесообразнее использовать на Западе.

Характерно, что наиболее скептически относятся к возможности использования в России приобретенного за рубежом опыта стажеры в возрасте до 35 лет, а также представители московских и санкт-петербургских вузов, особенно студенты.

Исследование подтвердило наличие устойчивых эмиграционных настроений среди значительной части студентов, аспирантов, преподавателей, научных сотрудников российских вузов. При этом зарубежные стажировки, как отметил один из респондентов, превращаются зачастую в способ переезда в страну с более высоким уровнем жизни и лучшими возможностями для интеллектуальной (научно-исследовательской) деятельности. Кроме того, стажировка за границей нередко сама служит катализатором этих настроений, способствуя усилению ориентации на эмиграцию3. Об этом в определенной мере свидетельствуют ответы на вопрос о том, где, с учетом полученного опыта зарубежной стажировки, респонденты смогли бы полнее реализовать свой личный творческий потенциал. Как оказалось, лишь 19% из них уверены, что в России они могли бы самореализоваться полнее, чем за границей. Почти такая же доля опрошенных считает, что большее применение своим способностям они нашли бы за границей, нежели в России, а остальные (63%) затруднились однозначно ответить на этот вопрос, что само по себе достаточно красноречиво.

Больше всего убежденных в возможности лучшей реализации своего творческого потенциала на Западе - среди стажеров с естественнонаучным профилем специализации, особенно аспирантов, докторантов, а также среди представителей региональных вузов и в возрастной группе 25-35 лет.

Намерение вновь выехать за рубеж на стажировку выразили 2/3 опрошенных, еще 30% указали, что от них это не зависит, и лишь немногие ответили, что желания отправиться еще раз на стажировку за границу не имеют.

Судя по ответам опрошенных, больше всего желающих вновь посетить США (к этому стремятся 76,7% побывавших там на стажировке).

По профилю специализации наибольшая доля готовых повторно поехать за рубеж на стажировку - среди гуманитариев и педагогов. Причем это желание зачастую мало соотносится со степенью профессиональной полезности и целесообразности поездки для своего учебного заведения. Например, бухгалтер из регионального вуза, побывавшая в Англии на трехмесячной стажировке по экономическому профилю и отметившая, что использовать полученный у англичан опыт в условиях России и ее собственного вуза возможностей нет, тем не менее заявила о желательности повторения этой загранстажировки.

Наибольшая доля намеренных вновь выехать за рубеж на стажировку - среди тех, кто моложе 24-х лет (70,1%).

Большинство опрошенных после возвращения из зарубежной стажировки продолжают поддерживать связь с теми вузами, где стажировались (в том числе 26% - активно, а 46% - эпизодически), не поддерживают эту связь 28% бывших стажеров.

Наиболее активно поддерживаются отношения с американскими вузами, которые также прилагают к этому значительные усилия, имея постоянно пополняемый банк данных обо всех обучавшихся у них иностранных стажерах и отлаженную систему связи с ними по Интернету (чего, к сожалению, не могут пока позволить себе российские вузы применительно ко всем обучавшимся в России иностранным студентам, стажерам, аспирантам).

Из числа стажеров наиболее интенсивно контактируют с вузами, где проходила стажировка, аспиранты. Отметим появление и постепенное распространение в российских вузах (пока лишь в столичных) новой формы международного сотрудничества в области подготовки научно-педагогических кадров высшей квалификации, давно существующей за рубежом, когда аспиранты получают одновременно двух научных руководителей - в России и за границей, проводя исследования попеременно в двух странах с возможной последующей защитой диссертации в России и за границей. Практика же одновременного получения двух дипломов о высшем образовании - российского и иностранного - уже достаточно широко используется во многих отечественных университетах. Например, МГТУ им. Баумана в 1997 году стал членом Ассоциации технических университетов T.I.M.E. (в которую входят сегодня 37 престижных университетов из 16 европейских стран) и на основании двусторонних договоров с университетами-членами Ассоциации начал осуществлять долгосрочные обмены студентами (срок обучения которых удлинился на один год за счет стажировок в партнерских университетах).

Опрошенные (почти каждый второй) высказали разнообразные пожелания и рекомендации, которые, как представляется, целесообразно учесть в практике международных связей российских вузов.

Чаще всего студенты, аспиранты, рядовые преподаватели и научные сотрудники (почти каждый четвертый опрошенный) отмечали необходимость улучшения информации о зарубежных стажировках и снятия ограничений в получении этих стажировок, особенно по линии самих вузов, учебных кафедр или факультетов. При этом ряд опрошенных, не удовлетворенных работой существующих отделов (управлений) международных связей и сотрудничества, предлагает создать в учебных заведениях специальные подразделения (структуры), которые бы занимались активным поиском иностранных партнеров для лучшего финансирования зарубежных стажировок, шире привлекать средства с российской стороны, в том числе и отечественных предприятий, а также упростить чрезмерно бюрократизированную систему грантовых конкурсов, ликвидировать волокиту при рассмотрении и оформлении документов для зарубежной стажировки в самих вузах.

Вторая группа пожеланий (их высказал в целом каждый пятый опрошенный) связана с улучшением подготовки к загранкомандировкам (хорошо овладеть иностранным языком, заблаговременно познакомиться с научно-учебными требованиями к стажировкам), с увеличением срока их продолжительности для более глубокого овладения учебным предметом (не менее одного месяца, оптимально - до полугода) и главное - с повышением реальной отдачи от этих стажировок для российской стороны в целях повышения научно-педагогического потенциала отечественной высшей школы. Для этого предлагается значительно улучшить отбор стажеров: посылать за границу на учебу, для повышения квалификации, участия в научно-исследовательских проектах только тех, кому это действительно нужно, и с учетом степени полезности подобных вояжей для самого вуза, дабы эти стажировки не превращались в способ эмиграции за границу либо в поездки культурно-ознакомительного (например, для "ознакомления с организацией учебного процесса за рубежом"), развлекательно-рекреационного и/или экономического характера (командировочные выплаты в валюте значительно превышают оклады научно-преподавательских и административно-управленческих работников российских вузов). Высказывались даже радикальные предложения запретить все загранкомандировки явно не учебно-научного характера по линии вузов Минобразования России, а сэкономленные средства направить на поддержание вузовской науки и образования, а также увольнять чиновников, способствующих "экспорту мозгов", ибо подобная деятельность "носит антигосударственный характер".

Процесс децентрализации международных связей как образовательных, так и научных учреждений Российской Федерации ставит новые задачи научно-информационного и организационно-управленческого характера.

Речь идет, прежде всего, об отсутствии в стране достоверной статистической информации о выезжающих за границу для стажировок, учебы, научно-исследовательской и другой работы студентах, аспирантах, преподавателях, научных сотрудниках, выпускниках российских вузов, об их дальнейшей судьбе, не анализируются результаты зарубежных стажировок с точки зрения интересов российской системы образования, науки и экономики.

Процесс выезда за границу с научно-образовательными целями во все большей мере становится неконтролируемым и неуправляемым, увеличивая интеллектуальную эмиграцию из страны. Как констатируют авторы восьмого ежегодного демографического доклада "Население России 2000", подготовленного при поддержке фонда ООН по народонаселению, "многие российские студенты и стажеры, обучающиеся на Западе, становятся эмигрантами ", а сама "эмиграция из России носит явные черты утечки умов: каждый пятый эмигрант, уехавший из страны после 1992 года, имел высшее образование, в том числе среди выбывших в Израиль -30%, в США - 40% (при том, что доля лиц с высшим образованием в составе населения Российской Федерации равна 13%), а возрастная структура эмигрантов значительно моложе, чем все население страны". Добавим также, что в составе эмигрантов (например, среди выезжавших в 1990-х годах в Германию и Израиль) отмечалась наиболее высокая доля занятых в сфере науки и образования, а основной поток покидавших Россию в 1990-х годах ученых из Российской академии наук, согласно данным Госкомстата России, направлялся в Израиль и США (соответственно 42,1% и 38,6% от общего количества "академических" эмигрантов).

Ввиду определенного несовершенства отечественной статистики (в официальных изданиях Госкомстата России публикуются только сведения о выезжающих на постоянное место жительства за рубеж), подсчитать фактическую численность уехавших за границу на учебу, стажировку, по временным контрактам, грантам и т.п. и впоследствии оставшихся жить и работать за границей, пока не представляется возможным. По данным ряда социологических исследований, большая часть российских ученых, выезжающих за рубеж с намерением работать там по специальности, не прибегает при оформлении выездных документов к формулировке "на постоянное место жительства", так как наиболее реальной формой их трудоустройства в университете или лаборатории на Западе является сегодня краткосрочный контракт (в том числе в рамках выполнения гранта или прохождения стажировки). Поэтому количество выезжающих по временным контрактам на учебу или стажировку превышает число российских ученых (равно как и выпускников вузов, аспирантов, различных специалистов), переселившихся на ПМЖ, как минимум в 3-5 раз', а официально публикуемые данные Госкомстата России об эмиграции (и прежде всего интеллектуальной) не отражают ее подлинных масштабов. Так, согласно последнему российскому статистическому ежегоднику, изданному в 2002 году, с 1992 года из страны в дальнее зарубежье эмигрировало менее одного миллиона человек (958 773 чел.), в том числе 62,5% из них уехали в Германию, 19Д7о - в Израиль, 12,2% - в США и т.д. Представляется, что столь значительное доминирование (согласно Госкомстату) Германии как основной страны-реципиента российских эмигрантов связано с ее более пунктуальным отношением к документам всех въезжающих на ПМЖ, обязанных сняться с регистрации по прежнему месту жительства в России. В то же время множество россиян, особенно осевших в Израиле, США и ряде других стран, не снимаются с регистрации по прежнему месту жительства, сохраняя в России жилье, а нередко и трудовые книжки по старому или другому (фактически фиктивному) месту работы. Кроме того, некоторые представители этой латентной части эмигрантов посылают на учебу в российские вузы своих детей, ибо стоимость обучения в России даже на платных отделениях (не говоря уже о бюджетных местах) несравненно ниже, чем в американских, канадских, австралийских или западноевропейских университетах8 . Поэтому публикуемые Госкомстатом России сведения о том, что за последнее десятилетие в США эмигрировало (переехало на ПМЖ) немногим более 100 тысяч граждан РФ, представляются, ввиду несовершенства методов учета, заниженными. Согласно данным из американских источников, еще в конце 1990-х годов число россиян, занятых только в американской науке, составляло приблизительно 45 тысяч человек, не считая многочисленных инженеров и других высококвалифицированных специалистов, работающих в американских фирмах и компаниях, а также многотысячного "научно-технического резерва" - российских школьников, студентов, аспирантов и стажеров, обучающихся в американских колледжах и университетах. Причем этот российский "резерв" американской науки и экономики весьма значителен и имеет, по нашему мнению, тенденцию к увеличению. По данным посольства США в Москве, в одном лишь 2001 году трехлетние студенческие визы для учебы в США получили более 12 тысяч российских юношей и девушек. Кроме того, было выдано 12 тысяч эмиграционных виз (из которых около пяти тысяч составили визы на усыновление), а в целом визы получили свыше 90 тысяч россиян, и в их числе еще несколько тысяч человек, выезжавших в США в рамках программ академического обмена и стажировок.

По различным оценкам Российской академии наук, Комиссии по образованию Совета Европы, Фонда Карнеги и др., за последние 10 лет в зарубежных научно-исследовательских компаниях, университетах трудоустроились (в том числе после прохождения там стажировок) не менее 250-300 тысяч россиян (а по некоторым оценкам - до 500 тысяч). При этом на Запад уехали в основном не заурядные сотрудники научно-педагогического профиля, а интеллектуальный цвет нации, в том числе 80% математиков, 60% биологов, от 40 до 50% физиков-теоретиков и т.д., среди которых множество видных российских ученых, работающих на мировом уровне, в том числе академиков РАН, имевших свои научные школы, многочисленных учеников. Так, известный астрофизик, академик РАН Р. Сюняев, соавтор фундаментального физического эффекта Зельдовича-Сюняева, переехал в Германию и возглавил там (в качестве директора) Институт астрофизики им. Макса Планка. В 2003 году он стал лауреатом престижной премии Хайнемана за достижения в исследованиях проблем взаимодействия материи и излучения в масштабах вселенной, присуждаемой американским астрономическим обществом. Дети академика Р. Сюняева также связали свою судьбу с зарубежными странами: старший сын давно является профессором в США, а трое остальных детей учатся в университетах Германии. Это представляется символичным. Дети немалой части российской политической и бизнес-элиты, крупных и средних чиновников также либо учатся, либо уже постоянно живут и работают на Западе (где в основном аккумулированы и финансовые средства их родителей). Указанное явление давно стало нормой, примером для подражания и эталоном жизненного успеха, к которому стремится немалая часть российской школьной, студенческой и научной молодежи (за неимением других убедительных примеров и эталонов). Как следствие, целые выпуски МФТИ, МИЭМ, МИРЭА и ряда других известных российских вузов уезжают по "грин-кардовской" квоте в США". Лишь по экспорту электронщиков в США Россия занимает третье место (ее доля - 10% этого сегмента рынка в США). При этом ведущие американские и другие иностранные компании пытаются отбирать талантливых российских специалистов еще на стадии их обучения в России, приглашая на стажировки, в том числе и производственные (последние, фактически являясь работой с испытательным сроком, наиболее часто перерастают в форму постоянного трудоустройства, которое западные компании предлагают хорошо зарекомендовавшим себя специалистам). Укажем в этой связи, что многие крупные транснациональные корпорации (в их числе "IBM", "Америкэн Экспресс", "Боинг", "Дженерал Электрик", "Сименс", "Тошиба" и т.д.) стали учредителями фондов научнообразовательного характера, выдающих гранты, стипендии иностранным гражданам, оплачивающих их производственные стажировки преимущественно целевого характера. Среди стипендиатов вышеупомянутых и других иностранных компаний с каждым годом растет число россиян. При этом складывается впечатление, что российская система образования начинает все больше ориентироваться на обслуживание потребностей западной науки и экономики, где выпускники и специалисты российских вузов, НИИ по ряду передовых специальностей, преимущественно технического и естественнонаучного профиля, особенно востребованы. Не случайно среди высказанных опрошенными предложений по стажировкам за рубежом звучали пожелания наладить больше прямых связей между российскими вузами и различными профильными предприятиями за границей. Тем более что и в самой России существует множество представительств зарубежных фирм и компаний. Только немецкие фирмы и только в Москве имеют более 1000 своих представительств, что, как сказано в рекламном издании немецкой службы академических обменов, предназначенном для российской учащейся молодежи, "свидетельствует о широких перспективах трудоустройства и карьеры, которые открываются перед обладателем немецкого диплома или сертификата".

В Германии, где обучение в вузах бесплатное, в том числе и для иностранных студентов и аспирантов (исключение составляет ряд негосударственных вузов технико-экономического профиля), правительство в 2002 году приняло новый закон, в соответствии с которым каждый выпускник немецкого вуза и аспирантуры вместе с дипломом об образовании получает вид на жительство сроком на 1 год для трудоустройства, после чего вид на жительство ему выдается без ограничения. Эта форма натурализации также привлекательна для немалого числа молодых россиян.

В большинстве же западных стран, где обучение осуществляется на принципах "академического капитализма", для иностранных студентов предусматриваются некоторые льготные условия. Так, российские студенты, которые оказываются в США без гарантированного гранта или стипендии для завершения образования, могут получить заем для оплаты учебы от тамошних банков (последние охотно выдают их наиболее талантливым студентам и аспирантам). Эти займы российские выпускники могут вернуть, поступив на работу в американскую фирму или компанию (что и предполагается по условиям займа).

Специальные программы по стимулированию интеллектуальной иммиграции имеют Канада, Австралия, многие западноевропейские страны.

Широкая и активная деятельность в России представителей международных фондов, образовательных программ, служб академического обмена, иностранных компаний по организации целенаправленной "перекачки умов" напоминает времена колониальной работорговли, массового вывоза из Африки и других порабощенных стран "живого товара". По различным подсчетам, ущерб, который понесла Россия за последнее десятилетие от "утечки умов", оценивается приблизительно в 500 млрд. долларов, или в среднем от 25-33 до 45-50 и более млрд. долларов ежегодно. По данным специалистов Центрального экономико-математического института РАН, только в 1990 году потери бывшего СССР от "утечки умов" превысили 75 млрд. долларов". Сумма ущерба исчисляется из стоимости подготовки одного высоко квалифицированного специалиста, которая достигает на Западе 300-700 тысяч долларов, а во многих ведущих российских вузах - до 50 тыс. долларов. Однако при этом не учитывается потенциальная прибыль от вклада ученого или специалиста-эмигранта в научно-технический прогресс страны, где он работает. Нередко прибыль от его разработок, получаемая работодателем, многократно превышает средства, затраченные на его обучение, профессиональную подготовку, стажировки. Например, по некоторым данным, 1/3 компьютерных программ Microsoft разработана российскими программистами, составляющими значительную часть сотрудников компьютерных фирм в Силиконовой долине. В связи с этим эксперты РАН определяют потери для России от работы наших ученых и специалистов только в США в 700 млрд. долларов.

Закономерно, что доля производимой в России наукоемкой продукции сократилась с 1992 года в 9 раз и составляет сегодня 0,З% от ее общемирового объема18 (в том числе на мировом рынке космических технологий доля российских компаний равна лишь 2%, в то время как доля компаний США - 50%, Европейского Союза - 25%, Канады и Японии - по 5%)", а сама Российская Федерация за 10 лет неолиберальных реформ превращена в сырьевой придаток технологически развитых стран (при активной поддержке правительства в стране процветают лишь экспортно-ориентированные нефтегазовые, металлургические и им подобные компании, а также банковский сектор). При этом, наряду с возрастающими объемами поставок энергетического сырья, растут поставки и "сырья" интеллектуального, в том числе и невозобновляемого, остро необходимого самой России (когда, наконец, заработают в полную силу российские предприятия, в стране может не оказаться необходимых для работы на них специалистов). Пока же исчезновение целых отраслей российской промышленности (прежде всего обрабатывающего профиля) является главной причиной того, что широкий спрос на высококвалифицированных молодых специалистов в России практически отсутствует и заметных признаков его возрастания (равно как и возрождения отечественной промышленности) не наблюдается. Именно профессиональная невостребованность на родине (не говоря уже о фактически нищенской оплате интеллектуального труда в России) побуждает все большее количество студентов, аспирантов, преподавателей, научных сотрудников ориентироваться на работу за рубежом и использовать для этого любые возможности. Как ни странно, но эти процессы оцениваются и под иным, оптимистическим углом зрения, а ряд ученых-россиян считает, что интеллектуальную эмиграцию надо даже расширять, ибо массовый "исход умов" из страны "является практически единственным методом воздействия российского научного сообщества на политическую и экономическую элиту России", своеобразной оценкой научной интеллигенцией эффективности проводимой в стране социально-экономической и научно-технической политики.

Судя по результатам опроса, в ряде вузов Минобразования России у выезжающих на стажировку за рубеж либо даже не требуют отчета о результатах поездки, либо он носит крайне поверхностный, формальный характер.

Сам же принцип отбора кандидатов для зарубежной учебно-научной стажировки далеко не всегда определяется степенью ее полезности для самого высшего учебного заведения. Речь идет в том числе и о поездках на основании двусторонних соглашений о межвузовском обмене студентами и стажерами.

Выявляются многочисленные факты патентования за границей преподавателями вузов, научно-исследовательскими работниками (в том числе в ходе зарубежных стажировок) изобретений и разработок, основой которых послужили результаты экспериментальных и опытно-конструкторских, а также теоретических работ, полученные с использованием средств российского федерального бюджета. При этом имеют место случаи, когда подобные изобретения передаются на неких условиях в собственность иностранных компаний или государств. Чаще всего "международное перемещение" и "приватизация" российского интеллектуального продукта (в том числе произведенного целыми коллективами кафедр, лабораторий, научно-исследовательских институтов) происходит в ходе выполнения западных исследовательских грантов. Это может быть как полностью готовый к реализации технологический продукт, так и научный "полуфабрикат", либо фундаментальная теоретическая разработка, которая с помощью иностранных "соавторов" доводится до промышленного использования, патентуется и засекречивается без права несанкционированного распространения. В дальнейшем стране, где впервые появилось само изобретение, нередко предлагается купить его уже как "готовый к употреблению" иноземный товар либо приобрести весьма дорогую лицензию на право его промышленного производства.

Несмотря на проведение в 2001 году в вузах Минобразования России, а также в академических и отраслевых институтах инвентаризации объектов интеллектуальной собственности, она по-прежнему не имеет надежной государственной защиты. Россия продолжает утрачивать право собственности даже на запатентованные изобретения. Так, директор Всесоюзного научно-исследовательского института защиты животных (крупнейшего во всей Восточной Европе, СНГ и Средней Азии разработчика и производителя ветеринарных препаратов) доктор наук, профессор А. Гусев передал фирме своего американского партнера в качестве паевого взноса 34 патента на отечественные ветеринарные препараты, не имеющие аналогов в мире, не понеся за это ни материального, ни уголовного наказания, хотя ущерб России от этого безвозмездного международного "трансфера" отечественного интеллектуального продукта весьма существенен.

Лишь в самое последнее время новейшие отечественные разработки, прежде всего оборонного характера, проводящиеся в гражданских вузах и НИИ (часть вузовских научных подразделений участвует в программах ВПК), вновь стали защищаться грифами секретности, и появились даже первые прецеденты осуждения за передачу секретных научно-технических сведений иностранным государствам.

Широко распространена практика злоупотребления загранстажировками со стороны руководящих работников вузов, в том числе отделов международных связей. По данным настоящего исследования, доля неоднократно выезжавших в загранкомандировки административно-управленческих работников непропорционально выше направлявшегося за рубеж состава студентов, аспирантов, преподавателей и научных сотрудников вузов. Согласно полученным ответам, в загранкомандировки (за счет принимающей стороны или самих вузов) отправляются даже бухгалтеры, сотрудники кадровых служб и других вспомогательных подразделений вузов.

То, что лишь 40% опрошенных полагают, что могут с большим эффектом использовать в условиях России опыт и знания, полученные по итогам прохождения зарубежной стажировки, свидетельствует об очень серьезных недочетах в международной деятельности вузов, в частности, в работе их проректоров по международным связям и курируемых ими международных отделов и служб. Не получая от последних достаточной информации о возможностях зарубежных стажировок, консультаций об их учебно-научной целесообразности, необходимой поддержки в оформлении документов, все больше студентов, аспирантов, а нередко и преподавателей и научных сотрудников самостоятельно находят соответствующую информацию о зарубежных исследованиях и учебных грантах, сами направляют за рубеж свои документы и уезжают в качестве независимых учебных или научных стажеров, в большинстве случаев оставаясь за границей на постоянное жительство.

Касаясь географии зарубежных стажировок, следует отметить, что, несмотря на провозглашенный Минобразованием России курс на создание единого образовательного пространства со странами СНГ, туда практически никто не едет даже по линии межгосударственных соглашений (равно как и в страны Африки). Ситуация здесь является как бы перевернутым зеркальным отражением географии стран, посылающих в Россию на учебу и стажировку своих граждан, среди которых абсолютное большинство составляют представители стран СНГ и развивающихся афро-азиатских государств.

В сфере международных связей российских вузов, подготовке высококвалифицированных кадров может проводиться и иная политика. Например, в Томском государственном университете в 1998 году создан молодежный научный центр для поддержки научной молодежи (от школьников и студентов до докторов наук в возрасте до 35 лет), а с 2001 года действует также система целевой поддержки молодых ученых и преподавателей со степенью кандидата наук (именуемая преддокторантурой), которая является важным звеном многоуровневой подготовки научно-педагогических кадров высшей квалификации. Программа преддокторантуры рассчитана на три года и включает в себя научные и учебные блоки, поэтому ее участники (отобранные на конкурсной основе) финансируются из двух источников - 0,5 ставки доцента и 0,5 ставки старшего научного сотрудника. Сочетание учебной и научной деятельности "привязывает" молодого специалиста к кафедре, и впоследствии, после докторантуры и защиты докторской диссертации, у него больше шансов остаться в родном университете и создать собственную научно-педагогическую школу, нежели в случае его обучения за рубежом. Положительным является и опыт функционирования региональной системы поддержки талантливой научно-педагогической молодежи в Нижегородской области, ориентированной на удовлетворение потребностей в кадрах высшей квалификации, прежде всего самого региона. При этом в практике международных связей и предоставления различных грантов основной упор делается не на отправку нижегородских студентов, молодых сотрудников научно-педагогического профиля на учебу и стажировку за границу, а на организацию в местных вузах лекционных программ и семинаров с участием ведущих российских и зарубежных специалистов.

Представляет определенный интерес и положительный опыт Китая. Эта страна, посылая за границу, особенно в США, несравненно большее, чем Россия, количество студентов, стажеров, аспирантов, научных сотрудников, преподавателей, уже давно приняла действенные меры по гарантированному возвращению из зарубежных научно-исследовательских и образовательных стажировок своих граждан, а также содействует реэмиграции оказавшихся за границей в различные годы и по разным причинам высококвалифицированных китайских специалистов. (Например, китайские ядерщики и специалисты в области информационных технологий, вернувшись после длительных стажировок и работы в Соединенных Штатах, успешно трудятся на родине)". Важную роль при этом играет и высокий уровень патриотизма китайских граждан, однако решающим фактором выступают эффективная модель социально-экономического развития и востребованность высококвалифицированных специалистов, преподавателей, ученых на родине, достойная оплата их интеллектуального труда (зарплата университетских профессоров в Китае доведена до 1 тыс. долларов США, а зарплата наиболее выдающихся исследователей, ученых, особенно мирового уровня, приближается к западным стандартам).

Повышение эффективности международных связей российских вузов требует осуществления ряда централизованных мер. Речь идет прежде всего о предоставлении Министерству образования РФ всеми высшими учебными заведениями ежегодной статистической отчетности о выезжающих за границу на учебу, стажировку, конференции, научно-исследовательскую работу, производственную практику и т.д. студентах, аспирантах, преподавателях, научных сотрудниках, административно-управленческих работниках, выпускниках вузов, о профиле, характере финансирования, продолжительности, основных итогах их поездок для формирования соответствующей базы данных и анализа имеющихся тенденций. В этой же связи целесообразно провести учет уехавших за границу студентов, аспирантов, научно-педагогических сотрудников, выпускников вузов. Необходимо также предложить соответствующим государственным органам включить в перечень государственного статистического учета в качестве отдельного показателя статистическую регистрацию выезжающих за границу российских граждан с целью обучения и стажировки.

При практическом осуществлении международных связей и контактов, а именно организации выездов своих студентов и работников в зарубежные командировки и на стажировки, российские государственные вузы должны руководствоваться прежде всего полезностью этих поездок для самих учебных заведений, отечественной системы образования, науки, экономики. Необходимо улучшить подготовку к зарубежным стажировкам, особенно языковую, ввести обязательную отчетность о результатах поездки вне зависимости от категории (должностного статуса) стажера, выявлять случаи злоупотребления загранстажировками, особенно со стороны административно-управленческих работников, добиваться, чтобы стажировки за рубежом не превращались, с одной стороны, в культурно-ознакомительные и развлекательно-рекреационные мероприятия, лишь формально решающие образовательные или научные задачи, а с другой - в способ подготовки к эмиграции на Запад, получения необходимого опыта для работы в североамериканских или западноевропейских компаниях, научно-исследовательских, образовательных и иных учреждениях и организациях.

Вследствие того, что предоставление иностранных грантов, контрактов, учебных стипендий, обязательным условием которых является выезд за рубеж, превращается обычно в побудительный мотив и первый шаг к профессиональной эмиграции, необходимо, основываясь на статистических данных, противодействовать планомерным усилиям соответствующих иностранных фондов, компаний, образовательных и научных учреждений по "перекачке умов" из России, в том числе в рамках международных образовательных и научных программ, двусторонних договоров и соглашений между российскими и иностранными университетами, НИИ и т.д. Под этим же углом зрения целесообразно проанализировать иностранные, и прежде всего американские, инвестиционные программы по развитию образования и науки в России, которые являют собой своеобразную форму "госзаказа" американской стороны на подготовку нужных ей специалистов.

Необходимо привлечь к финансированию зарубежных стажировок российских студентов, аспирантов, выпускников российских вузов отечественные предприятия и организации, заинтересованные в получении специалистов, владеющих передовым зарубежным опытом, современными технологиями.

В рамках политики сохранения интеллектуального потенциала России целесообразно выступить с законодательной инициативой о возврате российскими гражданами, эмигрирующими за границу, средств, потраченных на их образование и подготовку из федерального бюджета. Одновременно следует не на словах, а на деле содействовать закреплению выпускников российских вузов, аспирантов, молодых преподавателей, научно-исследовательских работников, высококвалифицированных специалистов в российской системе образования, науки, передовых отраслях экономики и промышленности, особенно оборонных предприятий, через систему стимулирующих мер экономического и социального характера, и, прежде всего - через гарантированное и реальное обеспечение молодых специалистов жильем, значительное повышение оплаты их труда, создание привлекательных для молодежи и перспективных с профессиональной точки зрения рабочих мест.

"Высшее образование в России"; 2004, №2, с.145-156;





Популярные лекции
  • По экономике
  • По финансам
  • По праву
Помощь в написании